НОВОСТИ

Алекно: «Десять лет — одна эмоция» (Фото: Р.Кручинин)
Дата публикации: 1 февраля 2018, 10:42
Источник: Артур Халилуллов, Реальное время
Просмотров: 1082
Скачать в PDF
Алекно: «Десять лет – одна эмоция»

Интервью самого титулованного тренера в Татарстане.

Для Владимира Алекно текущий сезон — уже десятый на посту главного тренера «Зенита». За эти годы специалист успел стать самым титулованным из наставников татарстанских команд: в копилке трофеев казанских волейболистов после свежевыигранного титула клубных чемпиона мира не осталось пробелов. Как нет их и в личном расписании тренера. Впрочем, для интервью «Реальному времени» время у Владимира Романовича все же нашлось.

«В Татарстане сложно следить за весом — очень много вкусных блюд»

— Этот сезон у вас десятый в Казани. Вы себя за это время татарином почувствовали?

— Ну, татарином — это сложное определение. Но давно принял решение и почувствовал: по душе — это моя республика.

— Есть у вас любимые места в Казани?
— Я веду такой образ жизни, что мне, к большому моему стыду, редко удается посещать театры или кинотеатры. Иногда удается выбраться на хоккей, в какие-то кафе, бары, рестораны на встречи с друзьями, но это бывает редко. Есть хобби — иногда выезжаю на охоту. Живу недалеко от набережной, так что летом иногда выбираюсь на прогулку. Кремль у нас красивый. Вообще, много красивых мест. Но сказать, что провожу там время, не могу. На себя времени катастрофически не хватает.

— А с татарской кухней какие у вас отношения?
— Очень вкусная еда. Мне довелось попробовать очень многое. Не скажу, что эта еда легкая. На самом деле, очень тяжелая пища. У нас же знаете как: все запретное — вкусное и желанное. Особенно для меня. Я ведь человек весьма склонный к полноте. Поэтому стараюсь подходить к еде умеренно. Но сами понимаете, в Татарстане сложно себя сдерживать. Здесь очень много вкусных блюд.

— Сейчас «Зенит», если не скромничать, один из лучших клубов мира. Даже лучший. А что представляло собой «Динамо» (прежнее наименование клуба, — прим. ред.), когда вы перебрались в Казань?
— Точно не могу сказать, что приходил в какую-то разруху. Клуб шел вперед семимильными шагами к нынешнему успеху и без меня. На счету «Динамо» были уже и титулы, и медали. В Казани играли по-настоящему именитые игроки, такие как Болл, Стэнли, Тетюхин, Косарев, Хамутцких. Уже тогда в клубе понимали свою дорогу, которой следуют и сейчас. Поверьте, я просто пришел и продолжил этот путь. С пониманием своей цели в столице Татарстана всегда все было на высшем уровне.

— Но тогда у вас не было Центра волейбола, играли в «Баскет-холле».
— Да, играли в «Баскет-холле». Тренировались и вовсе в Мирном. Асгат Ахметович Сафаров предоставил нам такую возможность — там был отличный зал. Ездили туда, и поверьте, на то время это было шикарно. Конечно, сейчас просто другой уровень — близкий к идеальному.

«Будь ты хоть семи пядей во лбу, результат в первую очередь зависит от игроков»

— А в России есть клубы, которые не уступают «Зениту» по инфраструктуре?
— Конечно есть. Например, в Новосибирске местная команда имеет свою загородную базу с полным восстановительным центром, с полноценным гостиничным комплексом. Там созданы все условия. В Белгороде тоже отличная загородная база с полным восстановительным циклом, открытым бассейном, гостиницей. Что я упустил? Московское «Динамо» на территории комплекса «Динамо» имеет все, что нужно. Да и в Кемерово сегодня команда находится на приличном уровне, имеет в своем распоряжении почти 24-часовой зал со всей инфраструктурой. Это навскидку. Мог что-то упустить, но в России действительно немало клубов с отличной инфраструктурой.

— Успехи «Зенита» последних лет связаны со звездным составом, или с чем-то еще?
— Тут все взаимосвязано. Безусловно, результат в первую очередь зависит от игроков. Можно иметь отличного тренера семи пядей во лбу, высокопрофессиональный обслуживающий персонал, но если у тебя нет игроков, определенного уровня, соответствующего поставленным задачам, то регулярного или устойчивого результата добиться очень тяжело. То есть относительно случайно, в отдельно взятом сезоне, можно «выстрелить», но регулярного, системного результата не добьешься.
Но при этом нельзя недооценивать или принижать и общий механизм клуба. Мы сейчас видим только Максима Михайлова, Вильфредо Леона, Мэттью Андерсона, Александра Бутько, Артема Вольвича и остальных, тех, кто делает результат на волейбольной площадке. Но за ними стоит медицинский штаб, который 24 часа в сутки решает все вопросы по состоянию игроков, тренерский штаб, руководящий состав. Вы даже не представляете, сколько различных оргвопросов надо решить, чтобы только один матч организовать. Этим ведь не я занимаюсь и не игроки. Для этого есть специальная бригада, административный состав. А ведь нужно еще регулярно организовывать выездные матчи. И все это должно работать вместе — в системе. Поверьте, если что-то не будет функционировать как должно, победы не будут так регулярны.

— Есть такое мнение, что Леон и Михайлов в одной волейбольной команде — это все равно что объединить Месси и Роналду в футболе. Согласны?
— Мне сложно говорить о Месси и Роналду, но то, что в волейболе Михайлов и Леон — игроки высокого мирового уровня, игроки командообразующие — это точно. Если сегодня одного из них пригласить в любую команду, то можно быть уверенным — этот игрок изменит в ней ситуацию, даст результат и повысит уровень клуба.

«Я с вами согласен — Михайлов лучший»

— Недавно мы общались с Максимом Михайловым; наше издание признало его спортсменом года в Татарстане. А вы бы из своей команды кого выбрали в качестве лучшего?
— Я бы с вами согласился. Кому-то Всевышним дан талант, кому-то — шанс, а все, что есть сегодня за плечами Максима, добыто исключительно его трудом. Титулы, имя, уважение тренерского и руководящего состава, медперсонала, болельщиков, прохожих на улице — это все его личная заслуга. Поэтому он и лучший, полностью согласен.

— Почему волейболисты мирового уровня, такие как Михайлов и Леон, в общении простые ребята, а российские футболисты, которые на международном уровне ничего не добились, ведут себя порой как звезды планетарного масштаба?
— Не знаю. В волейболе воспитываются не только прыжок, атака, но и культура общения, поведение, наконец. Может, это зависит и от клуба, и от тренера. Потому что достойное поведение — это и моя позиция, на которой настаиваю. Если говорить о Леоне и Михайлове, то в каждой вере, будь ты христианин или мусульманин, самый страшный грех — это гордыня и эгоизм. В нашей команде это важно. Может, в других клубах и не обращают внимания на то, как игроки общаются с людьми. Но в «Зените» нет мелочей, и мы требуем от наших игроков достойного поведения.

— Этот вопрос вам задают каждый год. Но последний недостающий титул — клубного чемпиона мира — «Зенит» выиграл, поэтому не могу не спросить: в чем ваша дальнейшая мотивация?
— Мотивация — быть сильным. У тебя сегодня есть возможности, которых, возможно, нет у других — этим ты и отличаешься от других. Я говорю о той команде, которую мы имеем, которая способна дать этот результат. Важен не сам выигранный чемпионат России, а то, что их выиграно девять, практически подряд. Не важно, что ты выиграл Лигу чемпионов, ее много кто выигрывал, но три раза подряд это делали считанные клубы. Это та возможность, которая используется, и постоянное желание быть сильным. Это и есть самая основная мотивация. Поверьте — желание быть сильным, а не какая-то денежная премия или что-то еще.

— В руководстве клуба согласны с такой постановкой вопроса? Не говорят: все уже выиграли, давайте немного ослабим вожжи?
— «Зениту» такая позиция чужда. Второе место здесь расценивается как провал.

— Самые популярные клубы Казани — «Рубин», УНИКС и «Ак Барс» — свои названия последнюю четверть века не меняли, несмотря на то, что и руководство их, и владельцы время от времени меняются. А у вас ситуация иная. Почему?
— Понял вопрос. Это была внутренняя политика руководства. Сначала было «Динамо», потом «Динамо-Таттрансгаз». Сегодня же все финансирование полностью осуществляет «Газпром». Это было их пожелание.

«У Леона есть желание и возможность уехать в Италию. В Питер вряд ли»

— В Питере усилиями все того же «Газпрома» появился еще один «Зенит». Ходят устойчивые слухи, что вы, Леон и Михайлов скоро окажетесь там. Можете их развеять?
— У Михайлова еще год контракта, а что будет потом, сказать сложно. Через год все возможно. У меня также еще есть возможность работать следующий год в Казани. А вот у Леона есть желание и возможность уехать в Италию, так что Питер — вряд ли. Пока все, что вы говорите — это слухи, но в принципе возможно все. Я не могу сказать, что будет через год.

— Звездный стартовый состав все равно не молодеет. У вас есть четкий план его обновления?
— К сожалению, это противоречит нашей политике. Всегда в голове этот план — чтобы было больше молодежи. Но, повторюсь, в казанском «Зените» любое место ниже первого расценивается как провал. Поэтому мы собираем игроков, которые способны давать результат прямо сейчас. Если я буду видеть, что 35-летний способен дать результат, значит, у нас будет он. Если 25-летний — значит, 25-летний. Сейчас имеет значение не возраст игрока, а его возможности.

— Какой из выигранных вами за эти годы трофеев был самым сложным и ценным?
— Все. Восемь чемпионатов России, четыре Лиги чемпионов, клубный чемпионат мира, пять кубков России, Суперкубки — все вызывает эмоции. Нет, не могу ответить. 10 лет — одна эмоция. Когда в 2013-м выиграли только чемпионат, то следующий кубок, выигрыш которого зрители считают нормой, приносил большие эмоции.

— А клубный чемпионат мира?
— Это долгожданный трофей.

— Но он же не самый статусный как Лига чемпионов?
— Все, что ты еще не выигрывал, статусно. Стать клубным чемпионом мира тоже важно. Как и в Суперкубке, это решается за неделю, а Лига чемпионов идет 3—4 месяца. Понятно, что клубный чемпионата мира в некотором роде коммерческий турнир, а Лига чемпионов — официальный с большой историей. Но, повторюсь, мы ценим все трофеи и победы.

«Золото Лондона? Чтобы стать чемпионом России, труда надо приложить не меньше»

— Золото Олимпиады в Лондоне со сборной России лично для вас затмевает все победы, которые достигнуты с «Зенитом»?
— Не так поставлен вопрос. Что значит затмевает? Это кусок жизни. Понятно, что невозможно сравнить олимпийскую медаль с Суперкубком России, это понятно. Но поверьте, чтобы сегодня стать чемпионом России, труда надо приложить не меньше. Столько потраченных нервов это стоит. Просто в Лондоне все решается за две недели, а тут дистанция растягивается на восемь месяцев. Понятно, что значение медали другое; чемпион России или олимпийский чемпион — вещи несопоставимые. По значимости, олимпийский чемпион — высшая ступень для спортсмена. Но для инвестиций, труда, нервов каждая медаль имеет свой вес.

— В Рио-де-Жанейро через четыре года сборная заняла уже четвертое место — это говорит о спаде волейбола, или мы выше головы прыгнули в Лондоне?
— В Лондоне сделали свое дело, в Рио что-то не получилось. На каждый период своя ситуация. А почему вы не вспоминаете, как мы туда ехали? За пять дней до Рио еще не было известно, едем мы туда или нет. А начали этот вопрос муссировать еще за две-три недели. И это очень тяжело — готовить команду, которая не знает, едет она или нет. Это что касается подготовки. Далее, произошло небольшое обновление команды. Клюка, Волков, Куркаев, Власов. Это надо было пройти. Так получилось, что молодежь, может быть, была еще немного не готова сделать серьезный результат. В Токио эта молодежь будет уже другая. Поэтому делать глубокомысленные выводы о судьбе российского волейбола из-за разброса результатов на двух олимпиадах неправильно.

— Уходя из сборной после Лондона, вы ссылались на проблемы со здоровьем. Действительно что-то было?
— Нет дыма без огня. Сейчас жив-здоров.

— Я где-то читал, что совсем недавно вы жали 120 кг от груди. Сейчас поддерживаете форму?
— Давайте поспорим! Пока нет времени этим заниматься, хотя это не оправдание, конечно. На все есть время, а на себя нет. Так устроена сейчас моя жизнь. Другой вопрос, если будет нужно, то можем «жимануть» (улыбается).

«Спиридонов — нормальный парень, позитивный»

— Хотел спросить вас про Алексея Спиридонова, с которым мы записали любопытное интервью: такие спортсмены в принципе необходимы для популяризации не особо раскрученных видов спорта, таких как волейбол?
— Моментами его поведение не самое лучшее. Но он такой, какой есть. Его никто никуда не выгоняет, значит он нужен. Популяризация волейбола происходит не от того, что ты что-то там сказал, а от того, как ты играешь. Но он сегодня привлекает внимание, он вот такой. Я ему в Казани даже запрещал играть спокойно, потому что он не умеет играть спокойно. Все эмоции, которые у него есть — обязательный элемент его игры. Кто-то это не принимает, но за желтые и красные карточки он наказывался здесь. Если он получает желтые и красные карточки, и команда из-за этого страдает, это не популяризация волейбола. А его энергия, его харизма, его эмоции, которые он может дать на площадке — это нужно. Его надо принимать таким, какой он есть. Я принимал в какие-то моменты, в какие-то нет, и он прекрасно об этом знает. Он нормальный парень, очень позитивный, но на все есть свой предел. Когда он его знает, он незаменим, когда нет лимита, он сам от этого страдает.

— А вообще профессиональные спортсмены могут выпивать в свободное от работы время?
— Что за вопросы? Вы можете выпить?

— Могу.
— Когда есть возможность, правильно? А у них просто обязанностей больше. Ну не могут же Михайлов или Леон прийти пьяным в кинотеатр. Правильно? Это вы придете, и никто не заметит. А если они придут — ситуация уже немножко другая. Поэтому на многие вещи у профессиональных спортсменов, тем более высокого уровня, есть какой-то запрет. Но той жизнью, которой живут атлеты, с постоянным режимом и запретами, жить очень непросто. Поверьте мне, для всего должно быть время и возможности.

— Спортсмены вообще быстрее прогорают. Верно ли, что они выплескивают жизнь за более короткий срок, чем все остальные?
— Если спортсмен видит, что кружка пива или стакан вина могут помочь ему поддержать его внутреннее состояние, то почему нет? Но на все есть свое время.

«Пхенчхан? Мы виноваты? Нет дыма без огня»

— Понятно, что зимняя Олимпиада — не совсем про вас. Но как вы вообще оцениваете этот скандал с недопуском российских спортсменов в Пхенчхан? Что нам в этой ситуации делать?
— Могу высказать лишь свое личное мнение. Понятно, что обидно, досадно и неприятно. Но нужно ехать, какая бы делегация ни была, да хоть из трех человек. Полный отказ будет означать признание нашего поражения. Мы виноваты? Нет дыма без огня, это первое. Если виноваты, то нужно отвечать — это второе. Но виноваты не все, а отвечают все. И вот это не очень правильно, согласны? Сегодня чиновники, которые никогда не занимались спортом, настаивают на бойкоте этой Олимпиады. Я такие заявления не понимаю. У них свой патриотизм. Но они не могут забрать мечту у спортсмена. Может, атлет 20 лет, ничего не принимая, жил и тренировался с одной лишь мыслью об этих Олимпийских играх в Пхенчхане. Как мы у него можем забрать мечту, которой он жил все время? Кто виноват, пусть отвечает, кто не виноват, пусть бьются за мечту до конца. А как же флаг, спросите вы? Поверьте, если он станет олимпийским чемпионом, все будут знать, что это российский спортсмен.

— Власть не доработала по защите наших спортсменов? Прямых-то доказательств, с точки зрения юриспруденции, нет.
— Прямых, действительно, нет. Наверное, можно было как-то защищаться. Мне сложно сказать. Родченков предал страну, можно было раньше понять, что это был «засланный казачок». Не мог он быть так идеален, а потом раз — и предать.

— Вы часто ходите на хоккей. «Ак Барс» выиграет в этом году Кубок Гагарина? Сильнее стала команда?
— Результат говорит за себя, они в своей конференции сильнее всех. А какой матч сыграли с ЦСКА! Что касается Кубка Гагарина, то я считаю — есть все шансы. Да, со СКА будет непросто. Но зато моя команда болеет за «Ак Барс».